М Е Д И А Т О Р

ВНЕСУДЕБНЫЕ ПРОЦЕДУРЫ - АЛЬТЕРНАТИВНОЕ УРЕГУЛИРОВАНИЕ СПОРОВ - ПРИМИРЕНИЕ СТОРОН

__________________________________________________________________________________________________

На этом сайте

Осуществляется

Альтернативное

Решение Споров

Переосмысление функции наказания в суде для несовершеннолетних: карательный или восстановительный подход к подростковой преступности

 

Хотя суды для несовершеннолетних всегда занимались назначением наказаний для молодых правонарушителей, parens patriae и задача индивидуальной терапии всегда придавали раздвоенный характер функции назначения наказания. При отсутствии последовательной структуры санкций карательная модель в последнее время стала доминировать над решением конкретной проблемы подростка в судах для несовершеннолетних. В этой статье рассматривается ограниченный характер выбора санкций, предлагаемого индивидуальной терапией и так называемой парадигмой "карательного правосудия". Затем мы рассмотрим альтернативную модель - восстановительное правосудие - как структуру, позволяющую по-новому взглянуть на назначение наказаний в соответствии с вновь возрождающейся миссией правосудия для несовершеннолетних.

 

ВВЕДЕНИЕ

 

С момента возникновения в 1899 г., то есть на протяжении 95 лет своего существования, самой жесткой атаке суды для несовершеннолетних подвергаются именно в наши дни. Так, недавно в штатах Джорджия, Флорида, Теннесси и Орегона приняты изменения в законодательстве, которые предусматривают фиксированные сроки заключения во взрослых тюрьмах в отношении несовершеннолетних, достигших минимального возраста (или без установления такого возрастного ограничения) (Lemov, 1994), подрывают жизнеспособность отдельного суда и системы правосудия для подростков. Эти изменения представляют собой лишь самое последнее и наиболее мощное законодательное наступление на юрисдикцию судов для несовершеннолетних за более чем десятилетний период трансформации в области политики и уголовного процесса. Хотя в некоторых штатах законодатели более или менее осторожно подходят к ликвидации или ослаблению системы правосудия для несовершеннолетних, в большинстве юрисдикций эти суды лучше всего можно охарактеризовать словом "криминализованные" или "карательные суды для несовершеннолетних" (Feld, 1990), которые все дальше отходят от своей первоначальной задачи обеспечения "наилучших интересов" подростков.

В качестве ответной реакции на такое развитие событий некоторые предлагают сохранить систему правосудия для несовершеннолетних с помощью "возрождения" индивидуальной терапии при рассмотрении дел несовершеннолетних (Krisberg, 1988; McHardy, 1990; McAllair, 1993). Другие полагают, что возврат к индивидуальной терапии недостаточен для обеспечения государственной поддержки отдельной системы правосудия для несовершеннолетних (Feld, 1993). В то время как эти дискуссии сосредоточены в основном на вопросе об относительной эффективности индивидуальной терапии, на необходимости в более совершенной оценке и классификации и в более пристальном внимании к соблюдению надлежащей правовой процедуры в судах для несовершеннолетних, другие политические и законодательные проблемы во многом игнорируются. Одной из самых серьезных таких проблем является отсутствие четкой и последовательной структуры санкций для несовершеннолетних правонарушителей.

Будучи принудительными мерами, которые призваны поддерживать сложившиеся в обществе стандарты, санкции в системе уголовного правосудия могут иметь характер, в зависимости от нашего желания, реабилитационных, воспитательных, регулятивных и/или компенсаторных мер, а также быть направлены на возмездие или сдерживание (Packer, 1968; Garland, 1990). Однако, при отсутствии структуры, которая преследовала бы, причем в качестве приоритетных, такие некарательные цели, законодатели придерживаются в области правосудия для несовершеннолетних одностороннего подхода к назначению санкций на основании так называемой парадигмы карательного правосудия (Zehr, 1990; Umbreit, 1994). В данной статье под карательным правосудием подразумевается широкая идеологическая база, которая отдает предпочтение наказанию и меньше уделяет внимания реабилитационным задачам; ставит во главу угла "воздаяние по заслугам" как главный критерий при принятии решения и расширяет роль формальных, состязательных, судебных процедур (Feld, 1990, 1993).1 Хотя такая перспектива не совместима с доводами в пользу отдельной и специальной системы правосудия для несовершеннолетних, основанной на их особом возрастном статусе и заботе об их реабилитации (Feld, 1990), карательный подход к назначению наказания приобрел большую популярность, поскольку в представлении законодателей и общественности карательные санкции призваны подтвердить неодобрительное отношение общества к запрещенным деяниям, сказать "нет" преступности и воздать правонарушителю по заслугам.

И наоборот, традиционная индивидуальная терапия совершенно определенно не выполняет такие функции. Она вроде бы и не связана с самим правонарушением, а направлена исключительно на удовлетворение нужд несовершеннолетних правонарушителей и ничего не требует от них, кроме участия в консультациях или устранения нанесенного ущерба. Очень трудно убедить большинство граждан, что терапевтические программы предусматривают не просто поблажки для правонарушителей (например, определенные услуги, занятия) и что суть индивидуального подхода заключается не только в попытке донести до правонарушителя тот факт, что он или она причинил кому-то вред и должен возместить потерпевшему возникший ущерб.

Следует ли нам полностью отказаться от судов для несовершеннолетних? Мы поддерживаем тех, кто считает, что роспуск или отмена судов для несовершеннолетних, как и нарастающее распространение практики применения карательных санкций, являются крайней реакцией на внутренние противоречия, ставшие причиной критики в адрес системы правосудия для несовершеннолетних. Однако карательная модель и традиционная индивидуальная терапия не являются единственными двумя вариантами, которыми располагает суд для несовершеннолетних. Поскольку ни один из таких подходов не обеспечивает в должной мере потребность общества в наказании молодых правонарушителей, важно раздвинуть рамки дискуссии и рассмотреть альтернативные схемы.

Данная статья очерчивает принципы одной из таких альтернатив, которая могла бы расширить круг имеющихся вариантов, сделать приоритетными новые цели назначения наказания и обеспечить соответствие применения санкций другим целям, которые стоят перед системой правосудия для несовершеннолетних (в частности реабилитация и общественная безопасность). Исходя из последних теоретических разработок, которые подчеркивают важное значение санкций в борьбе с преступностью (Braithwaite, 1989; Garland, 1990), восстановительное правосудие предлагает политикам и работникам правосудия для несовершеннолетних общую схему для разработки модели, которая стала бы альтернативой карательному правосудию. Восстановительное правосудие предлагает менее карательные, менее дорогостоящие и менее клеймящие методы наказания с помощью привлечения к процессу назначения санкций общества и жертвы, что позволяет возвысить роль жертвы и понесшего ущерб общества и делает первостепенной компенсацию, непосредственную ответственность правонарушителя перед жертвой и разрешение конфликта (Zehr, 1990; Van Ness, 1993; Umbreit, 1994).

 

ФУНКЦИЯ НАКАЗАНИЯ И ПРАВОСУДИЕ ДЛЯ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ

 

В системе правосудия для несовершеннолетних всегда было неоднозначное отношение к санкциям. Хотя исторически специалисты в области правосудия для несовершеннолетних стремились избегать наказаний и обеспечить индивидуальный подход в "наилучших интересах ребенка" (например, Mack, 1909; Melon, 1989), суды для несовершеннолетних часто выдавали наказание именно за такой индивидуальный подход (Rothman, 1980; Miller, 1991) и с готовностью отправляли в тюрьму правонарушителей за неучастие в предписанных исправительных мерах или несоблюдение других требований суда (Rothman, 1980; Bazemore, 1994a). Однако это рассматривалось как отклонение от главной задачи суда, и ответственные лица в области правосудия для несовершеннолетних обычно официально не признавали функцию наказания. Рассматривая санкции как альтернативу терапии, судьи и другие специалисты по вопросам правосудия для несовершеннолетних часто реагируют на подростковую преступность непоследовательно и с помощью крайних мер (Thompson and McAnny, 1984), вовсе отказываясь от санкций в отношении многих "мелких" или "средних" правонарушителей, которые считаются наиболее подходящими для выполнения общественно-полезных работ или программ индивидуальной терапии. С другой стороны, те, кто повторно совершает правонарушения или не соблюдает предписания, часто подвергаются четко выраженным карательным санкциям, которые в настоящее время все чаще применяются в системе уголовного правосудия и которые мало или вовсе не учитывают необходимость в терапии (Feld, 1990; Butt, 1994).

 

Распространение и последствия "карательного правосудия для несовершеннолетних"

 

Одной из попыток обосновать неправильные решения при назначении наказания судом для несовершеннолетних было использование концепции "воздаяния по заслугам" (von Hirsch, 1976; Schneider and Schram, 1983). Хотя политика и практика, основанные на концепции "воздаяния по заслугам" были призваны снизить уровень произвольных и слишком карательных решений, на самом деле их реализация (в том числе обязательные и установленные сроки приговоров, расширенные полномочия обвинительной стороны и сокращение ограничений на передачу дела во взрослый суд) привела к расширению наказаний. В частности, в результате карательных реформ, проведенных в различных штатах, выросло число приговоров к тюремному заключению и увеличились сроки наказания, как в виде домашнего ареста, так и виде тюремного заключения (Castellano, 1986; McAllair, 1993).

Кроме того, укрепив легитимность наказания ради самого наказания, законодатели дали понять прокурорам и другим ответственным лицам, что это является уместным и справедливым ответом на нарушение закона.2 Более того, как полагают некоторые криминологи, уравнивание санкций с карательными мерами с единственной целью причинить боль и неудобства правонарушителю может стимулировать требования ввести более жесткие наказания, особенно когда становится очевидным, что действующие наказания не достигают своей цели (Christie, 1982; Wilkins, 1991). В отношении правосудия для несовершеннолетних это требование похоже убыстряет процесс отсева, когда постоянно растущая группа правонарушителей, которые считаются заслуживающими карательного подхода как к взрослым, все более отделяется от тех, кто заслуживает терапии. Возможно наиболее вредным последствием карательной парадигмы для системы правосудия в отношении несовершеннолетних является ее тенденция сделать так, чтобы некарательные "альтернативные санкции" казались слабыми и менее подходящими по сравнению с тюремным заключением, и тем самым закрыть вопрос о недорогостоящих и менее вредных решениях проблемы подростковой преступности (Garland, 1990; Wilkins, 1991).

 

Ограниченность выбора санкций: за пределами наказания и терапии

 

Хотя немногие сомневаются в неизбежности того или иного наказания или отрицают, что любая санкция может восприниматься правонарушителем как карательная, можно рассмотреть вопрос о различных целях назначения санкций в ответ на преступность и предпочесть какую-либо из них. В последние годы некоторые ученые оспаривают эффективность карательного наказания и утверждают, что санкции могут также выполнять важные выразительные, воспитательные и символические функции (Braithwaite, 1989; Wilkins, 1991; Garland, 1990). Так, цитируя Дуркхайма (1961, стр. 181-2), Брайтвейт (1989) подчеркивает роль санкций в моральном воспитании и вскрывает ограниченный характер наказания, призванного лишь стать угрозой для правонарушителя и причинить ему страдания:

"Поскольку наказание является укором, лучшим видом наказания представляется то, которое возлагает вину ... по возможности самым выразительным и одновременно наименее дорогостоящим образом... Суть не в том, чтобы заставить страдать ... или угрожать и терроризировать. Скорее более важно напомнить об обязательстве в тот момент, когда оно нарушается, укрепить чувство долга, как для виновной стороны, так и для тех, кто является свидетелем правонарушения, то есть кого правонарушение может деморализовать". (стр. 178)

С этих позиций выразительные санкции, нацеленные на то, чтобы донести до правонарушителей и общества определенные ценности и подтвердить наличие обязательств и ответственности, должны быть более действенными в регулировании поведения и наиболее способствующими солидарности общества и мирному урегулированию споров (Griffits and Belleau, 1993; Wilkins, 1991). С другой стороны, карательное наказание может иметь несколько контрсдерживающих воздействий на правонарушителя, в том числе заклеймить, унизить и изолировать, что может свести до минимума его возможности восстановить уважение к самому себе и к обществу (Braithwaite, 1989; Makkai and Braithwaite, 1994). Наказание может также сломать самоограничение, вызвать проблемы при корректировке поведения, усиливая факторы риска совершения новых правонарушений в будущем (Paternoster and Jiovanni, 1989), и ослабить привычные связи с обществом, разрушив перспективы трудоустройства и отношения с друзьями, членами семьи и другими взрослыми (Zhang and Messner, 1994). Более того, как утверждают Дуркхайм и другие, наказание становится тем менее эффективным, чем чаще оно применяется, притупляя чувство стыда или размывая моральные устои правонарушителей (Durkheim, 1961; Garland, 1990). Наказание может способствовать тому, что правонарушитель сконцентрируется на себе самом, а не на своей жертве и обществе, так как привыкнет к "принятию наказания" без принятия ответственности за свои проступки (Wright, 1991).

К сожалению, не признавая функцию наказания и даже как бы оправдывая правонарушителя или сводя до минимума его ответственность за преступление, терапевтическая модель мало что предлагает законодателям, готовым разработать более осмысленные или подходящие варианты санкций. Как заметил Бирн (1989), оценивая слабые стороны моделей осуществления контроля/надзора и терапии в рамках общества, и карательная, и терапевтическая модели в практическом и концептуальном плане несовершенны. Придерживаясь одностороннего отношения к правонарушителю, каждая модель работает по логике "закрытой системы" (см. также Reiss, 1986), которая предусматривает только для правонарушителя или общественно-полезные работы, или наказание, или то и другое и не подключает другие стороны, которые имеют непосредственное отношение к решению по поводу преступления. В частности, жертвы могут редко рассчитывать на возмещение ущерба, содействие или признание и как правило не принимают какого-либо значимого участия в процессе отправления правосудия для несовершеннолетних (Galaway and Hudson, 1990), а к членам общества редко обращаются за содействием или информируют их об их потенциальной существенно важной роли в осуществлении наказания, реабилитации и достижении целей общественной безопасности. И карательное, и терапевтическое вмешательство отводят правонарушителям пассивную роль - с одной стороны, объекта терапевтического воздействия или субъекта выполнения общественно-полезных работ, а с другой стороны, объекта наказания и надзора (Eglash, 1975). При этом правонарушителям предоставляется мало возможностей активно участвовать в устранении нанесенного ими ущерба или проявить себя с положительной стороны, что могло бы способствовать их реабилитации и реинтеграции. Как отдельные меры по отношению к противоправным действиям ни терапия, ни наказание не способны объединить правонарушителя, общество, семью и жертву (McElrea, 1993; Walgrave, 1993).

И наконец, как пишет Уилкинз (1991, стр. 312), "в настоящее время всеми признано, что нельзя упрощенно сводить проблему преступности до проблемы субъекта преступления". Возрастающий интерес к восстановительному правосудию как альтернативной модели наказания для несовершеннолетних частично базируется на все большем признании недостаточного выбора санкций, предлагаемых индивидуальной терапией или карательной парадигмой, а также на разочаровании по поводу оторванности этих моделей от реальных проблем жертвы, правонарушителя и общества (Christie, 1982). Этот интерес не подразумевает немедленных, четко сформулированных решений текущих проблем, связанных с наказаниями в системе правосудия для несовершеннолетних. Скорее он основан на осознанной необходимости взглянуть на проблему преступности через другие "очки" (Zehr, 1990) и выработать новые принципы для рационального поиска новых решений.

 

ИЗУЧЕНИЕ ВОССТАНОВИТЕЛЬНОГО ПРАВОСУДИЯ

 

Хотя интерес к восстановительному правосудию проистекает из старинных концепций и опыта, забытых еще в конце средневековья, когда возникла формальная система правосудия, определявшая обязательство правонарушителя как долг перед королем или лордом (а позднее перед государством), а не перед жертвой (Schafer, 1970; Davis, 1992), в наши дни этот интерес растет под влиянием событий 1970-80-х гг. Примечательно, что теория и практика восстановительного правосудия возродились на основе опыта применения компенсаторных санкций и процедур (например, реституция, посредничество между жертвой и правонарушителем) (Schneider, 1985; Galaway and Hudson, 1990; Umbreit and Coates, 1993), движения жертв преступлений, развития неформального правосудия в рамках общины и процедур по урегулированию споров (Messmer and Otto, 1992), а также новых взглядов на то, что такое справедливость и гуманные отношения, которые развивались частично под воздействием женского движения и движений за мир и социальную справедливость (Pepinsky and Quinney, 1991; Harris, 1993).

В то время как карательное правосудие ориентировано на установление вины и назначение соответствующего наказания ("воздаяние по заслугам") посредством проведения состязательного процесса, восстановительное правосудие занимается более широкими аспектами отношений между правонарушителем, жертвой и обществом (Zehr, 1990; Van Ness, 1993). Восстановительное правосудие наиболее явно отличается от карательного правосудия (см. таблицу 1) своим подходом к преступлению как к чему-то большему, чем просто нарушение закона, или нарушение государственной власти. Для него самым важным аспектом криминального поведения является вред, причиненный жертве, обществу и правонарушителю в результате такого поведения.3

По мнению сторонников восстановительного правосудия оно стремится бороться с преступностью на микроуровне, привлекая внимание к ущербу, возникающему при совершении конкретного преступления и придавая первостепенное значение компенсации в пользу жертвы, и на макроуровне, решая проблемы создания более безопасного общества. Правительство и общество должны сотрудничать и дополнять друг друга в этой борьбе, при этом на правительство и уголовное правосудие возлагается ответственность за порядок, а на общество - ответственность за восстановление и сохранение спокойствия (Van Ness, 1993; Zehr, 1990). Как показано в таблице 1, восстановительное правосудие делает акцент на необходимости активного вовлечения жертвы, общества и правонарушителя в процесс, в центре внимания которого находится осуждение правонарушения, принятие правонарушителем ответственности и репарация, после чего наступает разрешение конфликта, возникшего из криминального деяния, и реинтеграция правонарушителя.

 

САНКЦИИ В СИСТЕМЕ ВОССТАНОВИТЕЛЬНОГО ПРАВОСУДИЯ ДЛЯ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ

 

Модель санкций в системе восстановительного правосудия может предложить ясные альтернативы карательным подходам к наказаниям, которые в настоящее время доминируют в правосудии для несовершеннолетних, и в конечном счете по-новому сформулировать функцию назначения санкций. В частности, при смещении акцента в ответственности, или "долге", правонарушителя с государства на жертву (см. таблицу 1), санкции восстановительного правосудия могут удовлетворить потребность общества в обеспечении существенных последствий для преступности, сведении правонарушителя с жертвой, обличении неправомерного поведения и объявлении о том, что такое поведение неприемлемо, и при этом обойтись без наказания и тюремного заключения. Чтобы это случилось именно так, юрисдикции должны договориться о новых приоритетах в отношении санкций, основанных на ценностях восстановительного правосудия. Затем следует внедрять и расширять новую политику и практику, с тем чтобы достичь четко сформулированных целей, которые соответствуют правосудию, отказывающемуся от состязательного характера карательного правосудия.

 

ТАБЛИЦА 1: Действующие принципы и принципы восстановительного правосудия

 

Действующая система

Восстановительное правосудие

Преступление - это действие против государства, нарушение закона, абстрактная идея

Преступление - это действие против другого лица и общества

Система уголовного правосудия борется с преступностью

Борьба с преступностью лежит в основном на обществе

Ответственность правонарушителя определяется как принятие наказания

Ответственность определяется как принятие ответственности и выполнение действий по исправлению вреда

Преступление - это индивидуальный акт с индивидуальной ответственностью

Преступление имеет и индивидуальный и социальный аспекты ответственности

Наказание эффективно: а. угроза наказания сдерживает от преступления; б. наказание меняет поведение

Само по себе наказание неэффективно с точки зрения изменения поведения и нарушает общественную гармонию и добрые взаимоотношения

Жертвы находятся на обочине процесса

Жертвы являются центральными фигурами в процессе принятия решения по преступлению

Правонарушитель определяется по недостаткам

Правонарушитель определяется по способности произвести репарацию

Главное - установить вину, акцент на прошлом (совершил(а) ли он/она это?)

Главное - решить проблему, установить ответственность/обязательства, акцент на будущем (что надо сделать?)

Акцент на состязательном отношении сторон

Акцент на диалоге и переговорах

Причинение боли в наказание и с целью сдерживания/предотвращения

Реституция как средство восстановления положения обеих сторон; цель - примирение/восстановление

Общество на обочине, оно абстрактно представлено государством

Общество как фактор, способствующий процессу восстановления

 

Источник: составлено по: Zehr, 1990.

 

Ценности и исходные положения

 

Акцент на нуждах жертвы, ее вовлечении в процесс и усиление ее роли в восстановительном правосудии (Zehr, 1990; Marshall and Merry, 1990; Davis, 1992; Umbreit, 1994) частично является реакцией на сложившееся положение дел, при котором количественный  и качественный аспекты вовлечения жертвы далеки от желаемого и подчинены другим приоритетам. Хотя "права жертвы" стали лозунгом многих прокуроров и политиков, потребности жертвы не являются главной заботой (Elias, 1993). Напротив, в большинстве систем правосудия для несовершеннолетних и общего уголовного правосудия, в центре внимания которых находится правонарушитель, интересы обвинителей, судей, защитников и даже руководителей терапевтических программ (например, с точки зрения выигрыша дела, назначения наказания или завоевания клиентов) являются первостепенными по сравнению с нуждами и заботами жертв (Wright, 1991; Messmer and Otto, 1992). Так, несмотря на частые жалобы относительно неспособности правонарушителей выплатить компенсацию жертве, многие юрисдикции, которые не умеют привести в исполнение приказы о выплате компенсации, весьма преуспевают в деле сбора штрафов и сборов с правонарушителя (Hillsman and Greene, 1992). Действительно, во многих ведомствах, осуществляющих пробацию или условное наказание, вопрос о компенсации в пользу жертвы стоит на втором месте после сбора денежных средств, которые направляются на поддержание работы системы уголовного правосудия (Shapiro, 1990). Более того, в то время как обвинители, похоже, не жалеют ни денег, ни усилий для вовлечения жертвы в попытки обеспечить обвинительный приговор и увеличить срок наказания,  времени и денег на обслуживание нужд жертвы, посредничество и репарационные программы всегда не хватает (Elias, 1993).

Однако восстановительное правосудие не является подходом с точки зрения "прав жертвы". Исходя из ценностей карательного, а не восстановительного правосудия, некоторые из наиболее активных защитников прав жертвы часто определяют эти права как отсутствие прав правонарушителя и пропагандируют более жесткое обращение с правонарушителями посредством введения обязательных и установленных сроков  приговоров и других карательных мер (McShane and Williams, 1992; Elias, 1993). В отличие от такой позиции сторонники восстановительного правосудия пропагандируют подход, основанный на центральном положении жертвы и не требующий от ответственных за принятие решения лиц "встать на сторону" жертвы или правонарушителя (Lawrence, 1991).4 Таким образом, уделяя центральное внимание нуждам жертвы и требованию, чтобы правонарушитель нес перед ней ответственность, парадигма восстановительного правосудия также учитывает "взаимное бессилие" правонарушителей и жертв в действующей системе и исходит из необходимости для общества обеспечить возможности для раскаяния правонарушителя и прощения по выполнении соответствующих мер (Wright, 1991; Zehr, 1990). Поэтому главная ценность, которой придерживается восстановительное правосудия, заключается в сбалансированном учете нужд правонарушителей, жертв и общества как трех "клиентов" системы правосудия. Основная идея сводится к тому, что задачи общественной безопасности, реабилитации и наказания не могут быть эффективно выполнены без привлечения каждой из этих сторон к процессу отправления правосудия.

 

Цели и задачи назначения санкций

 

Как уже говорилось выше, модель карательного правосудия отдает предпочтение наказанию как определяющей цели (Robinson, 1987) при назначении санкций в судах для несовершеннолетних. В отличие от этого определяющая цель санкций в восстановительном правосудии состоит в том, чтобы правонарушитель понес ответственность за возмещение ущерба, причиненного жертве его правонарушением (Walgrave, 1993)/ Не будучи ни карательным, ни снисходительным по своей сути, восстановительное правосудие измеряет успех в применении санкций ни тем, насколько много предусмотрено наказания или терапии, а тем, насколько удалось добиться компенсации, решения и реинтеграции.

 

Первостепенные задачи. Таким образом цели санкций при восстановительном правосудии включают достижение результатов в поведении, материальном и моральном отношении, и познавательном аспекте для жертвы, правонарушителя и членов общества. Что касается жертвы, успех санкции измеряется степенью возмещения ущерба, вовлечения в процесс отправления правосудия и удовлетворения самим процессом и его итогами. В отношении правонарушителя познавательные задачи концентрируются на достижении понимания последствий преступления для жертвы, чувства раскаяния, признания, что он понес наказание, и (в идеале) развития чувства сопереживания жертве. Позитивные поведенческие результаты включают немедленное возмещение в пользу жертвы и выполнение общественно-полезных работ и других требований в отношении репараций (в частности, встреча с жертвой во время процедуры посредничества). Для общества самые главные цели сводятся к всеобщему удовлетворению тем, что правосудие состоялось, чувству, что правонарушитель осужден и привлечен к ответственности перед жертвой и ощущению спокойствия и благополучия в обществе (Pepinsky and Quinney, 1991; Yazzie, 1994)/

И наконец, более масштабная воспитательная задача назначения санкций при восстановительном правосудии заключается в том, чтобы донести определенную "информацию" до жертв, правонарушителей и общества. По сравнению с действующей системой, которая демонстрирует пренебрежение, характерное для карательной и терапевтической модели (Schneider 1985) (см. таблицу 2),  восстановительное правосудие показывает жертвам и обществу, что система понимает их важное значение и ценит их участие. Оно также стремится заверить общество, что восстановление и общественное согласие являются наивысшим приоритетом для системы (Davis, 1992).Как показано в таблице 2, донесенная до правонарушителей идея о том, что они способны устранить причиненный ими ущерб и несут ответственность за это, резко отличается от представлении о "больных" или "злых" правонарушителях, которым нечего предложить, кроме их свободы (Christie, 1982).

 

ТАБЛИЦА 2: Идеи, которые несут санкции

 

Индивидуальное воздействие

Карательное наказание

Восстановительная ответственность

Правонарушитель

 

Вы "больны" или имеете отклонения и вы не виноваты в вашем поведении. Мы предоставим вам лечение или услуги в ваших наилучших интересах.

Вы плохой человек, который преднамеренно совершил правонарушение. Мы незамедлительно и строго накажем вас соразмерно серьезности преступления.

Ваши действия являются последствиями; совершив правонарушение, вы причинили вред другому лицу или обществу. Вы несете ответственность за ваше правонарушение и в состоянии вернуть долг жертве и компенсировать ущерб.

Жертва

Наша главная забота - это нужды жертвы

Первостепенная задача системы правосудия для несовершеннолетних заключается в том, чтобы заставить правонарушителя испытать последствия его преступления. Вы будете удовлетворены, поскольку правонарушитель будет наказан.

Продолжение »

Альтернативное разрешение споров (АРС) является буквальным переводом термина «alternative dispute resolution» (ADR) с английского языка. Первоначальная «расшифровка» аббревиатуры ADR теперь уже не всегда подразумевает именно «альтернативное» разрешение споров. .

Основы медиации

В медиации конфликт (лат. conflictus - столкновение) воспринимается как важнейшая сторона взаимодействия людей в обществе, часть бытия и форма отношений между субъектами, мотивация которых обусловлена противостоящими ценностями, нормами и потребностями.

Применение медиации

В системе гражданско-правовых отношений медиация охватывает практически все сферы повседневного взаимодействия граждан и юридических лиц. Система гражданско-правовых отношений - основные принципы гражданского права, характеризующие систему этих отношений.

Функции медиации

.

Настоящий федеральный закон разработан в целях создания правовых условий для применения в Российской Федерации альтернативной процедуры урегулирования споров с участием в качестве посредника независимого лица - медиатора (процедуры медиации).

Закон РФ от 27.07.2010 г. N 193-ФЗ

Цель обеспечения лучшего доступа к справедливости как часть политики Европейского Союза, направленной на создание правового пространства свободы, безопасности и справедливости, должна включать в себя доступ, как к судебным, так и к внесудебным методам разрешения споров. Данная директива не наносит ущерб национальному законодательству.

Директива 2008/52/ ЕС

Для целей данного кодекса медиация определяется как любой процесс, при котором две и более стороны соглашаются на привлечение третьей стороны (далее "медиатора") для оказания им помощи при разрешении их спора путём достижения согласия без судебного решения.

Кодекс МЕДИАТОРОВ

.

Яндекс.Метрика

Все люди рождаются свободными и равными в своем достоинстве и правах. Они наделены разумом и совестью и должны поступать в отношении друг друга в духе братства. Каждый человек должен обладать всеми правами и всеми свободами, провозглашенными настоящей Декларацией...

Всеобщая декларация прав человека

В России АРС в качестве отдельного понятия возникло в середине 1990-ых г.г. в связи с началом активной деятельности международных и иностранных организаций, прежде всего некоммерческих. АРС в качестве отдельного направления было включено в проект «Правовая реформа».

Программа ЕвроСоюза для России

Институты примирительных процедур и мирового соглашения начали формироваться в России с конца XIV века. Впервые в российском законодательстве об урегулировании споров путем мирового соглашения упомянуто в Новгородской берестяной грамоте (1281-1313 годы).

История медиации в России

.