…я обстоятельства к рассмотрению в порядке разрешения спора, они делают это не всегда на основе принципов справедливости и судебного усмотрения.

В Доктрине медиации АРС предоставляют возможность более гибкого согласования позиций, чем предусмотрено судебной процедурой. Альтернативные средства смягчают формализованность правосудия, лишают спор характера противостояния, который он имеет при рассмотрении его судом, и снижает риски, присущие судебному разбирательству. Кроме того, АРС открывает возможность разрешения административных споров на основе принципа справедливости. Это вовсе не означает забвение принципа законности. При использовании АРС административные власти должны уважать принцип законности, и ни они, ни частные не должны рассматривать альтернативные способы разрешения споров как способ уклонения от исполнения своих обязательств. Несмотря на ряд предоставляемых АРС преимуществ в разрешении административных споров, система этих средств должна дополнять (а не заменять) административную юстицию и обеспечивать соблюдение принципов справедливости, беспристрастности, равенства и гарантии прав сторон. Альтернативные средства (формы) разрешения споров характеризуются целым рядом признаков.

1. Они применяются вне юрисдикционной деятельности государственных органов и являют собой самостоятельную форму разрешения споров, которая, однако, может определенным образом комбинироваться с юрисдикционной.

2. Они действуют как механизм сближения, согласования интересов, ориентированный на достижение соглашения между спорящими сторонами. По своей сути это согласительные процедуры, при реализации которых стороны могут в целях защиты своих прав и интересов самостоятельно контролировать процесс разбирательства и его результат. Прежде всего, они обеспечивают разрешение спора не с позиции силы или позиции права, а с позиции интересов сторон. Альтернативная процедура не является формой процессуального принуждения, не имеет властного содержания.

3. Они отличаются экономичностью, простотой, отсутствием жестких процессуальных правил, дружественным характером процедуры, возможностью урегулирования спора на основе принципа справедливости.

4. Альтернативные средства разрешения административных споров – это не замена, а дополнение административной юстиции, которая посредством судебной проверки (а posteriori) призвана обеспечить соблюдение принципов равенства, справедливости, беспристрастности и уважения прав при использовании АРС.

5. Процедуры основаны не на принципе состязательности, что свойственно правосудию, а на принципе арбитрирования, т.е. достижения сторонами соглашения.

Таким образом, альтернативное разрешение административных споров (АРАС) представляет собой применение определенной совокупности приемов, способов, процедур вне системы административной юрисдикции для урегулирования спора путем достижения взаимоприемлемого соглашения между его сторонами на основе принципа справедливости и без непосредственного использования мер государственно-властного принуждения.

 

Формы альтернативного разрешения административных споров

 

Альтернативная (согласительная) процедура как средство урегулирования разногласий представляет собой определенный порядок взаимосвязанных и последовательных действий, совершаемых сторонами спора как самостоятельно, так и с привлечением третьей, нейтральной стороны, которые направлены на его раз­решение путем достижения согласия между ними. В отечественной литературе высказывалось мнение, что система различных альтернативных процедур, в отличие от государственных юрисдикционных форм разрешения споров, носит исключительно частноправовой характер, а признание ее таковой открывает возможность для широкого распространения любых альтернативных механизмов урегулирования споров в соответствии с демократической формулой частного права «разрешено все, что не запрещено». С таким подходом согласиться нельзя. Во-первых, он ведет к тому, что применение АРС ограничивается исключительно частноправовой сферой, что противоречит теории и практике их использования в тех странах, где они уже получили значительно развитие. Во-вторых, опыт этих стран показывает, что АРС как элемент правовой системы возникло и развивается по двум основным направлениям: а) вне юрисдикционной системы в сфере частноправового регулирования и б) в рамках судебной системы и административных процедур разрешения споров (в публичной сфере). Соответственно, выделяется два основных вида альтернативных процедур – частные и публичные. Термин «публичный» обозначает в данном случае не юридическую природу альтернативных неюрисдикционных процедур (они являют собой соединение частных и публичных интересов), а их принадлежность к государственной (публичной) системе разрешения споров (судебной и административной).

Частные альтернативные процедуры применяются исключительно на основе добровольного волеизъявления сторон и характеризуются: а) самостоятельностью и минимальным вмешательством со стороны государства, роль которого сводится к офи­циальному признанию внесудебной системы альтернативного раз­решения споров и обеспечению надлежащих условий ее функцио­нирования, в частности, путем правового закрепления отдельных элементов частных АРС в законодательстве. В отличие от частных согласительных процедур, доюрисдикционые публичные процедуры требуют законодательной регламентации. Возникнув как альтернатива судебной системе и системе юрисдикции административных органов, АРС постепенно начинает применяться внутри этих систем. Она характеризуется меньшей степенью свободы волеизъявления сторон и процессуальной гибкости. Ограничение диспозитивности в данных процедурах может проявляться, во-первых, в их обязательном применении, предписываемом законом, во-вторых, в возможности назначения юрисдикционным органом без согласия сторон нейтрального лица, осуществляющего досудебное урегулирование спора. При исследовании различных видов альтернативных процедур применительно к сфере публичного управления следует исходить, учитывая членство России в Совете Европы, из Рекомендации № R (2001) 9, которая, наряду с внутренней апелляцией, выделяет: 1) урегулирование по результатам переговоров (переговоры); 2) примирительство; 3) посредничество; 4) третейское разбирательство.

Переговорное урегулирование (negotiated settlement). В документах, сопровождающих Резолюцию № R (2001) 9, под этим альтернативным средством понимается соглашение, вытекающее из какой-либо процедуры с использованием той или иной формы переговоров, при помощи которой стороны окончательно урегулировали возникший между ними спор. Таким образом, данное альтернативное средство выступает как результат непосредственных переговоров между сторонами административного спора. При этом под переговорами обычно понимается процедура урегулирования спора непосредственно его сторонами без участия третьих лиц, т.е. способ самоуправления процессом спора и его урегулирования – процедура самоурегулирования спора. Переговоры выступают как процесс, посредством которого стороны, вовлеченные в конфликтную ситуацию, обсуждают ее друг с другом, стараясь достичь взаимоприемлемое соглашение. Отсюда основная задача переговорного процесса – совместное обсуждение спорного вопроса и совместное принятие согласованного решения, устраивающего в той или иной мере обе участвующие в споре стороны.

В соответствии с концепцией Рекомендации № R (2001) 9 урегулирование по результатам переговоров представляет собой договор, посредством которого спорящие стороны примиряются. Его характерная особенность состоит в том, что этот договор заключается самими спорящими сторонами и является обязательным для них. Договорное урегулирование по своим внутренним свойствам не связано с процедурами примирения и посредничества, ибо, с одной стороны, они не обязательно заканчиваются соглашением, а с другой – субъекты могут быстрее добиться урегулирования по результатам переговоров (соглашения) без предварительного проведения процедуры примирения или посредничества. В Приложении к Рекомендации № R (2001) 9 отмечается, что данный метод является полезным для рассмотрения административных вопросов, однако отмечаются два важных момента. Во-первых, данный альтернативный способ не должен служить административным органам и должностным лицам основанием для неисполнения обязательств, возложенных на них законом. Они не могут пойти на договорное урегулирование, чреватое с нарушением какой-либо из обязанностей и inter alia – с нарушением долга, связанного с государственной политикой. Во-вторых, в компетенцию должностных лиц, уполномоченных на осуществление мирового соглашения (compromisis), должны быть включены полномочия, позволяющие им осуществлять такое соглашение.

В приложениях к Рекомендации № R (2001) 9 отмечается, что договорное урегулирование может быть использовано до судебного разбирательства, т.е. в виде не связанной с судом самостоятельной административной процедуры. Вместе с тем в ходе рассмотрения административного спора судом применение этой альтернативной процедуры также считается весьма целесообразным, ибо может способствовать более быстрому его урегулированию, чем традиционная форма судебного разрешения дела. Сам суд может рекомендовать ее использование, включая тем самым эту процедуру в судебный процесс.

В отечественном праве договорное урегулирование публично-правовых споров с участием административных органов используется в настоящее время крайне недостаточно и практически не изучено. В то же время вопросу мировых соглашений, заключаемых после обращения в суд, но вне суда, т.е. судебных мировых соглашений, в юридической литературе в последние годы посвящено весьма значительное число работ. Многие отечественные ученые и практики рассматривают использование АРС как главное направление совершенствования правосудия. При этом справедливо указывается на то, что применение альтернативных средств на практике значительно затрудняет недостаточное внимание действующего законодательства к институту мирового соглашения. Тем не менее использование этих процедур неуклонно расширяется.

Среди этих соглашений определенное место занимают мировые соглашения по различным спорам, возникающим из административно-правовых отношений. Однако в отечественной литературе сколь-нибудь значимые работы, специально посвященные их теоретическому осмыслению, практически отсутствуют, хотя процессуальное законодательство допускает по административным делам заключение мирового соглашения или использование других примирительных процедур, если иное не установлено за­коном (ст. 190 АПК). В отличие от АПК РФ, ГПК РФ уходит вообще от правового регулирования этого вопроса. Между тем судебная практика общих судов дает примеры заключения мировых соглашений по избирательным, налоговым и иным видам административных споров.

Заключение гражданско-правовой сделки в отношении исполнения односторонней публично-правовой обязанности недопустимо. Однако недопустимо и распространять понятие гражданско-правовой сделки на сферу публично-правовых отношений и административных договоров, имеющих иную юридическую природу. Нельзя сводить материально-правовое основание всех мировых соглашений исключительно к гражданско-правовой сделке, ибо в их основе мо­гут лежать и дозволенные законом публично-правовые договоры, в том числе выступающие в качестве формы реализации властных отношений. Действительно, налоговый орган как орган публичной власти не может освобождать другую сторону от налогового обязательства или снижать размер налоговых платежей, если такое полномочие ему законом не предоставлено в данном конкретном типе налоговых правоотношений, и такого рода действия будут означать не что иное, как превышение власти.

Использование мировых соглашений и иных согласительных процедур в административных спорах вполне оправданно, ибо многие органы публичной власти наделены ныне правом внесудебного урегулирования по вопросам задолженности по платежам в бюджет. Отсюда с целью защиты имущественных прав государства в публично-правовых отношениях возможность мировых соглашений вполне логична и правомерна. Однако при разрешении определенных категорий административных споров заключение мирового соглашения как до суда, так и после обращения в суд, но вне суда вряд ли допустимо. К числу таких споров относятся дела об оспаривании нормативных актов. Специфика данных дел состоит в том, что они связаны со спором о законности. Невозможность мирового соглашения по этим делам обусловлена, следовательно, их юридической природой и спецификой предмета спора: законность нормативно-правового акта не может быть предметом договора.

В пользу возможности заключения таких соглашений свидетельствует, в частности, тот факт, что административные правонарушения (в смысле ст. 2.1 КоАП) составляет группу декриминализованных правонарушений – проступков. В то же время даже по уголовным делам в ряде европейских стран, в США и Канаде весьма эффективно действуют внесудебные примирительные (полюбовные) процедуры их разбирательства. Одной из таких процедур является договоренность (сделка) о признании вины. В этом контексте можно утверждать, что если отечественный законодатель пойдет на установление примирительных процедур по преступлениям небольшой тяжести, то оказывается тем более возможным введение данных процедур в отношении определенных видов административных проступков, характеризующихся еще меньшей степенью тяжести. Вопрос о примирительных процедурах в таком случае перемещается в плоскость его юридико-технического решения. Вместе с тем в административном судопроизводстве, осуществляемом в арбитражных судах, мировое соглашение по делам об административных правонарушениях вполне возможно уже ныне. По крайней мере, институт заявления о привлечении к административной ответственности, предусмотренный ст. 202-204 АПК РФ и являющий собой, по сути дела, административно-наказательный иск, с юридико-технической стороны создает основу реализации такой возможности.

Мировое и медиативное соглашение в процессуальном смысле является договором сторон, который представляет собой результат проявления их согласованной воли, направленной на урегулирование материальных правоотношений и прекращение спора посредством самостоятельного устранения возникших разногласий. Устанавливая возможность мировых соглашений по делам, возникающим из административно-правовых отношений, российский законодатель, как представляется, избрал в АПК вполне корректный принцип («clausula generalis»): по общему правилу административные споры могут быть урегулированы путем заключения мирового соглашения или с использованием других примирительных процедур, если иное не установлено федеральным законом (ст. 190). Следовательно, ограничения относительно урегулирования административного спора могут содержаться только в федеральном законе.

В этом смысле АПК РФ не устанавливает каких-либо иных требований к урегулированию этих споров, чем те, которые определены для гражданских споров в главе 15 «Примирительные процедуры. Мировое соглашение». Вместе с тем отсутствие сколь-нибудь развернутого правового регулирования этих вопросов на законодательном уровне сдерживает практическое использование альтернативных процедур разрешения административных споров. Отсюда возникает необходимость, по крайней мере, на доктринальном уровне, четко определить требования, касающиеся границ использования мировых соглашений по административным спорам, в рамках которых такие соглашения, не только возможны, но и желательны. К числу таких требований могут быть отнесены как общие условия, применимые для любых видов мировых соглашений, так и специальные, связанные со спецификой содержания административных споров.

В этом контексте в качестве критериев допустимости мировых соглашений по административным спорам можно выделить: 1) отсутствие в законе прямого запрета на совершение действий, предусмотренных мировым соглашением; 2) непротиворечие (соответствие) содержания мирового соглашения законам, охраняющим общественную безопасность, порядок управления, общественную нравственность, права и свободы граждан; 3) отсутствие порока воли сторон; 4) наличие у стороны права распоряжаться предметом (объектом) мирового соглашения: 5) соответствие (непричинение вреда) публичным интересам и соблюдение (ненарушение) прав и законных интересов других лиц; 6) недопустимость мировых соглашений по спорам о законности нормативных актов, ибо только суд вправе признавать такие акты несоответствующими закону; 7) полномочие должностного лица на заключение ми­рового соглашения должно входить в его компетенцию, опреде­ляться нормативно-правовым образом и реализовываться в соот­ветствии с предписаниями компетенционных норм; 8) при заключении мирового соглашения должностное лицо должно действо­вать в соответствии с теми целями, ради достижения которых ему предоставлены полномочия, и не выходить за пределы своей ком­петенции (предметной, субъектной, территориальной и временной); 9) при заключении мирового соглашения административный орган не должен брать на себя обязательство по выплате какой-либо денежной суммы, которой он не задолжал, за исключением случаев специально установленных в законе и связанных с компенсацией за причиненный вред.

Особенность мирового соглашения как способа разрешения административного спора в том, что он разрешается «мирными средствами», по договоренности сторон, без какого-либо принуждения со стороны третьих лиц. Однако такое соглашение может заключаться и при содействии третьей стороны. Понятие «третья сторона» является собирательным и может обозначать, как показывает опыт зарубежных стран, посредника (медиатора), примири­теля (консилиатора) и иных нейтральных лиц, призванных содействовать урегулированию спора. В зависимости от роли третьей стороны и степени контроля сторон за процессом разрешения спора во всем спектре альтернативных процедур можно выделить две крайние точки. Одна из них представлена процедурой переговоров и договорным урегулированием по результатам переговоров, осуществляемым самостоятельно сторонами. Другая – процедурой обязывающего арбитража, осуществляемого третьей стороной, решения которой весьма схожи с судебным решением по спору. Между этими двумя крайними точками спектра АРС находятся множество промежуточных точек, представленных процедурами, в разной степени сочетающими в себе свойства переговоров и арбитража. Наиболее распространенными среди них формами являются процедуры примирительства (сonciliation) и посредничества.

Примирительная и посредническая процедуры неодинаково трактуются в разных странах. Они так тесно связаны друг с другом, что между ними нередко не проводится различие. В административном праве США они, тем не менее, выделяются в качестве самостоятельных форм разрешения административных споров. Под посредничеством обычно понимается деятельность нейтрального лица, имеющая целью сгладить разногласия между сторонами относительно фактических обстоятельств дела или их юридической квалификации. Главная задача посредника – привести сто­роны к взаимоприемлемому решению, ибо классический вариант этого института не предполагает никаких полномочий принудить стороны к достижению какого-либо результата или самостоятельно вынести обязывающего их решения. Отсюда самоопределение сторон является фундаментальным принципом посредничества. Он требует, чтобы процедура посредничества основывалась исключительно на способности сторон добровольно, без давления прийти к соглашению. В то же время считается, что, в отличие от посредничества, примирительная процедура предназначена для ситуаций, в которых нейтральное лицо должно уменьшить напряженность в отношениях сторон и улучшить качество диалога в крайне напряженных конфликтах, когда стороны не способны, не желают или не готовы начать переговорный процесс для разрешения спорных вопросов. Кроме того, в административном праве США существует альтернативный институт, не известный европейскому праву, а именно – фасилитатор (facilitating). Он являет собой разновидность посредника, который концентрируется на проведении переговоров, сближении сторон, облегчая их взаимопонимание главным образом при помощи процессуальных средств (проведение встреч, координация дискуссий и т.д.), но не участвуя в разрешении ключевых вопросов спора.

Примирительная и посредническая процедуры могут проводиться по инициативе заинтересованных сторон, по предложению суда либо быть обязательными в силу закона. В приложении к Рекомендации № R (2001) 9 Комитета министров Совет Европы государствам-членам примирителъство определяется как внесудеб­ная процедура с привлечением третьей стороны, направленная на приведение сторон к взаимоприемлемому решению. В то же время посредничество трактуется как внесудебная процедура с привлечением третьей стороны, которая предлагает урегулирование административного спора в форме не имеющего обязательной силы мнения или рекомендации. Примирительство и посредничество не являются договорными процедурами, предопределяющими соглашение между сторонами. Они не влекут какого-либо решения, обязательного для сторон спора. Они полностью направлены на поиск, а не навязывание решения, завершающего спор. Схожесть примирения и медиации заключается также в том, что результат процедуры, которая обязательно должна закончиться принятием какого-либо решения, находится во власти сторон и только их во­леизъявление предопределяет принятие этого решения и его со­держание. Одним из вариантов такого решения может выступать мировое соглашение. Вместе с тем в Приложении к Рекомендации №R (2001) 9 проводится различие между этими процедурами:

1) примирительная процедура направлена на сближение позиций сторон, склонение их к примирению, поиску точек соприкосновения. Она не предусматривает выработки примирителем какого-либо документа, формализующего найденное решение. По завершении разбирательства он может лишь декларировать, что соглашение достигнуто либо что разногласия не преодолены;

2) посредническая процедура предполагает выработку осуществляющих ее лицом рекомендательного решения, основанного на позициях сторон. Посредничество не предполагает каких-либо декларативных заключений, а предусматривает указание на то, какие меры должны быть приняты для разрешения спора. Рекомендация посредника, в отличие от решения арбитража, не носит обязательного характера, но выражает официальную позицию, которая хотя и не предполагает основанного на законе принуждения, фактически обладает силой, способной убедить стороны при­знать ее.

Отечественные авторы, выделяя в практической юриспруденции примирительные процедуры и посредничество, как правило, исходят из двух основных трактовок их соотношения. Во-первых, примирительные процедуры резко отграничиваются от посреднических и сводятся главным образом к проведению переговоров непосредственно сторонами либо, например, в экономических спорах, к претензионному производству. В этом случае из примирительных процедур исключается третья, ней­тральная сторона, а заключение мирового соглашения рассматривается в качестве самостоятельной процедуры вне какой-либо связи с примирительной. Во-вторых, примирительные процедуры рассматриваются как понятие более широкое, включающее в себя не только примирительные процедуры, закрепленные законом (в том числе и заключение мирового соглашения) и облеченные в процессуальную форму, но и любые иные действия, осуществляемые сторонами вне рамок судебного процесса и направленные на урегулирование спора, по существу, включая, прежде всего, посредничество. При этом в качестве процессуального результата этих процедур, помимо мирового соглашения, называются отказ от иска, изменение размера исковых требований, признание иска и др. В ряде случаев имеет место сугубо «юрисдикционная» трактовка примирительных процедур.

К их отличительным признакам относятся: а) использование для урегулирования споров, переданных на разрешение суда; б) осуществление под контролем суда; в) прекращение спора путем примирения сторон. В результате досудебному (претензионному) порядку урегулирование спора отказывается вправе быть отнесенным к примирительным процедурам. Такую исключительно «юрисдикционную» трактовку примирительных процедур нельзя признать корректной. Она не учитывает тот факт, что в зарубежной и отечественной доктрине примирительные процедуры, включая мировое соглашение, вполне обоснованно подразделяются на внесудебные и судебные. В то же время нельзя согласиться и с трактовкой примирительных процедур как исключительно переговорного процесса между сторонами, ибо такой процесс, с одной стороны, не обязательно заканчивается их примирением, а с другой – расходится с общепринятым в мировой практике пониманием примирительства как деятельности третьей нейтральной стороны. В этом контексте вызывает также возражение отнесение к примирительным процедурам урегулирования по результатам переговоров (мирового соглашения) и посредничества, которые по общепризнанной в европейской и других странах трактовке относятся, наряду с примирительством, к альтернативным, а не примирительным процедурам.

Дальнейшее развитие такого подхода в условиях интенсификации международных связей будет приводить к отсутствию должного взаимопонимания между российской и другими правовыми системами и отдалять ее от «столбовой дороги» миро­вого правового развития в данной области. В этом контексте необходимо, как представляется, более внимательным образом отнестись к Рекомендации № R (2001) 9. В соответствии с ней посредник, в отличие от примирителя, не только организует переговорный процесс между сторонами для приведения сторон к взаимоприемлемому решению, но и предлагает урегулирование спора в форме не имеющего обязательной силы мнения или рекомендации. Различия между примирительством и посредничеством проистекают также из их различных задач и способов действий. В Пояснительной записке к Рекомендации № R (2001) модели этих процедур представлены в следующем виде:

А. Задача примирительной процедуры – помочь сторонам административного спора прийти к соглашению, преодолев имеющиеся разногласия, уладив спорные вопросы. Примиритель вносит ясность в спор, раскрывает его суть и причины, просит стороны внести свои предложения по достижению согласия, а если они этого не делают, сам выдвигает предложения по разрешению спора. В завершение процедуры примиритель составляет итоговый доклад, помогающий сторонам оформить соглашение в виде договора.

Б. Задача посреднической процедуры состоит в том, чтобы предложить сторонам конкретный вариант разрешения спора. Она приводит в конечном счете к обоснованным рекомендациям по урегулированию спора, которые формулирует сам посредник и предлагает их сторонам. Коль скоро эти рекомендации не являются обязательными для сторон решения, результат посреднической процедуры имеет форму компромисса либо урегулирования по результатам переговоров (negotiated settlement), которая в ко­нечном итоге может выражаться в виде мирового соглашения.

Примирительство и посредничество в европейской доктрине рассматриваются как альтернативные средства, наиболее пригодные для урегулирования споров, касающихся дискреционных полномочий административных органов. Они не нацелены, как правило, на определение законности административных актов, ибо для таких случаев предназначен институт административного судопроизводства. Тем не менее от посредников и примирителей при урегулировании отдельных споров может потребоваться оценка законности конкретного административного акта. Они могут использоваться и для урегулирования споров по поводу осуществления администрацией ее «связанных» полномочий, в частности, в налоговых и иных спорах. Однако основная сфера примирения и медиации – это споры, возникающие в связи с использованием административного усмотрения. Кроме того, они вполне примени­мы также для разрешения споров, вытекающих из административных договоров.

Институт примирительства и посредничества в сфере публичного управления развивается не только в Европе и США, но и в других странах, например, Японии, где действует система так называемого административного конфликтного посредничества. Пример своеобразной переходной формы между посредничеством и третейским разбирательством административных споров дают Комиссии по разрешению споров в Египте, созданные в соответствии с Законом о Комиссиях по примирению № 7 2000 г. Эти комиссии должны создаваться в каждом министерстве, при губернаторах и иных публичных органах. В состав комиссии при разбирательстве административного спора входят: а) бывший административный судья или консультант Государственного совета (на пенсии) – глава комиссии; б) представитель администрации как минимум в ранге генерального директора (член комиссии); в) представитель другой стороны спора (член). Основная причина создания этих комиссии – медленное разбирательство административных дел в судах, а основная цель – и снижение нагрузки на суды. Закон устанавливает, что комиссия рассматривает все споры между администрацией и потерпевшей от ее действий стороной, кроме конфликтов: 1) с участием военного ведомства; 2) касающихся недвижимости; 3) для которых предусмотрен законом особый порядок разрешения, в частности, третейское разбирательство.

Дела в комиссии могут возбуждаться по заявлению стороны как до суда, так и после обращения в суд по рекомендации судьи или по просьбе сторон. Для разбирательства дела после обращения в суд, но вне судебного процесса судья откладывает рассмотрение дела на 90 дней и передает его материалы в комиссию, которая должна принять решение в течение 30 дней. Если спор был разрешен комиссией и это подтверждается в письменной форме, то суд принимает решение о прекращении дела. Обращаясь непосредственно в комиссию, заинтересованное лицо должно обосновать свое требование, указать на предмет спора и нарушение его прав другой стороной, привести соответствующие доказательства. Дело в комиссии рассматривается без использования каких-либо строгих процессуальных правил. Однако для процедуры в комиссии обязательны основополагающие принципы процесса и, прежде всего, право на защиту. Обе стороны одновременно считаются членами комиссии и обязаны присутствовать на заседании не только для того, чтобы обеспечить защиту своих прав, но и для исполнения обязанностей членов комиссии. Заседания проходят конфиденциально, решения принимаются большинством голосов. При равенстве голосов решающим является голос главы комиссии. Обоснование принимаемой ею рекомендации должно быть подготовлено и оформлено в соответствии с требованиями закона. Это делается для того, чтобы стороны были уверены – в суде их ждет такое же решение спора, но только связано оно будет с потерей времени и денег. Осознание бесполезности повторного обращения в суд должно подталкивать их к достижению согласия и исполнению принятых рекомендаций по разрешению спора.

Очевидно, что деятельность этих комиссий основана на методе

Конструктор сайтов - uCoz